Ахмадиев П.А. – преп. каф. физиологи и спортивной медицины
Akhmadiev P.A. – lecturer, Department of Physiology and Sports Medicine
Ласточкин А.А. – студент бакалавриата каф. биологии и экологии
Lastochkin A.A. – undergraduate student, Department of Biology and Ecology
Тазетдинов А.М. – канд. биол. наук, ст. преп. каф. генетики и фундаментальной медицины
Tazetdinov A.M. – PhD, senior lecturer, Department of Genetics and Fundamental Medicine
Тахирова З.Р. – канд. биол. наук, доц. каф. генетики и фундаментальной медицины
Takhirova Z.R. – PhD, associate professor, Department of Genetics and Fundamental Medicine
Хисматуллина З.Р. – д-р биол. наук, проф. каф. биологии и экологии
Khismatullina Z.R. – Grand PhD, professor of the Department of Biology and Ecology
Хуснутдинова Э.К. – д-р биол. наук, проф., зав. каф. генетики и фундаментальной медицины
Khusnutdinova E.K. – Grand PhD, professor, head of the Department of Genetics and Fundamental Medicine
Результаты одного из недавних исследований биоэлектрической активности соматосенсорной коры головного мозга крыс говорят в пользу вовлеченности данной структуры в процессы пространственного ориентирования. Авторами было показано, что характер биоэлектрической активности может изменяться в зависимости от точки пространства, в которой находится животное. При этом неисследованным оставался участок первичной соматосенсорной коры, который содержит репрезентации вибрисс – Баррел-кортекс. Ранее нами проводились исследования способности крыс к пространственному обучению, у некоторых из этих животных затем изучалась структурная организация головного мозга. Таким образом, целью настоящей работы является поиск возможных корреляций между параметрами, характеризующими поведение крыс при пространственном обучении, и данными, полученными при гистоморфологических иследованиях соматосенсорной коры головного мозга этих крыс. Объектом исследования служат данные, полученные в результате тестирования в восьмирукавном радиальном лабиринте и при морфометрических исследованиях соматосенсорной коры головного мозга крыс линий Wistar и DAT-HET. Исходя из результатов анализа, нами было сделано предположение, что успешность в пространственном обучении прямо связана с количеством нейронов в слое 4. В слое 5 такая роль отводится, прежде всего, глии. Различия между группами животных здесь количественные. Качественные различия наблюдались в отношении слоев 2/3 и 6. Так, для крыс линии Wistar характерны прямые корреляции поведенческих показателей с количеством нейронов в первом из вышеуказанных слоев, а в слое 6 - с плотностью распределения глии. В то же время, у крыс линии DAT-HET такие корреляции отсутствуют.
The results of a recent study of the bioelectrical activity of the somatosensory cortex of the rat brain indicate the involvement of this structure in spatial orientation processes. The authors showed that the nature of the bioelectrical activity can change depending on the point in space where the animal is located. At the same time, the area of the primary somatosensory cortex, which contains the representations of the whiskers - the barrel cortex - remained unexplored. Previously, we conducted studies of the ability of rats to spatial learning, and then studied the structural organization of the brain in some of these animals. Thus, the goal of this work is to search for possible correlations between the parameters characterizing the behavior of rats during spatial learning and the data obtained in histomorphological studies of the somatosensory cortex of these rats. The object of the study is the data obtained as a result of testing in an eight-arm radial maze and in morphometric studies of the somatosensory cortex of the Wistar and DATHET rats. Based on the results of the analysis, we made the assumption that success in spatial learning is directly related to the number of neurons in layer 4. In layer 5, this role is assigned primarily to glia. The differences between the groups of animals here are quantitative. Qualitative differences were observed in relation to layers 2/3 and 6. Thus, Wistar rats are characterized by direct correlations of behavioral indicators with the number of neurons in the first of the above layers, and in layer 6 - with the density of glia distribution. At the same time, such correlations are absent in DAT-HET rats
The authors declare that there are no conflicts of interest present.